Успение Пресвятой Богородицы - один из двенадцати великих церковных праздников - отмечается 128 августа по-новому стилю, он предваряется двухнедельным строгим Успенским постом.

Хотя об Успении Божией Матери ничего не говорится в Библии, но рассказ об этом событии сохранен нам в Предании Церкви, он очень ярко выражается в иконе Праздника и церковной службе.

Почему мы не печалимся в день смерти Божией Матери, а празднуем это событие? Потому, что одно уже слово “успение” показывает, что смерть Божией Матери была необыкновенной. Это был как бы недолгий сон, за которым последовало рождение в вечную жизнь, о чем стало известно апостолам в третий день: по Преданию, апостол Фома не смог проститься с Матерью Господа, и когда он пришел молился на Её гробе, могила оказалась пуста, а вечером для апостолов было откровение от Богородицы: «Радуйтесь! — ибо Я с вами во все дни», апостол же Фома получил чудесным образом Её пояс.

Каждый человек боится смерти, а точнее, страшится при мыслях о ней (самую минуту смерти люди переживают по-разному). Это понятно: смерть неестественна для человека. Бог, создавая первых людей, творил их не для того, чтобы они умерли. Смерть после грехопадения первых людей стала уделом всего человечества. Иисус Христос, по свидетельству Евангелия, тоже пережил тяжкие душевные страдания, «скорбел смертельно» перед распятием на кресте. И именно для того, чтобы спасти человека от смерти, воплотился Сын Божий. Он прошел весь путь человека до конца, после смерти Своей душой сошел во ад и разрушил его.

После Воскресения Иисуса Христа смерть перестала быть уходом во тьму забвения. Для верующего во Христа человека смерть становится таинством рождения в новую жизнь. Все усопшие ожидают своего воскресения из мертвых, которое произойдет при Втором пришествии Христа. Кончина Божией Матери и стала примером глубоко христианского переживания смерти как таинства перехода в новую жизнь и встречи с Господом.

Святая Церковь старается и в нас вселить такое же безстрашие к смерти, а умерших называет усопшими, то есть уснувшими. Блаженная жизнь с Богом, Богородицей, святыми и своими близкими в будущем настолько несомненна для христианина, что он воистину смотрит на смерть только как на сон.

Апостол Фома получает от Пресвятой Богородицы Её пояс с Небес.

Преображение Господне  - одно из самых знаменательных евангельских событий, в честь которого был установлен праздник. Перед тем, как начать свой путь на крестные страдания из Галилеи в Иерусалим, Иисус Христос сказал апостолам, что среди них есть те, кто прежде смерти увидит Царство Божие пришедшее в силе. Через несколько дней троих из апостолов: Петра, Иакова и Иоанна Иисус возвел на высокую гору  и там, во время молитвы, преобразился перед ними. Сказано в Евангелии: «Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить. И явился им Илия с Моисеем; и беседовали с Иисусом».

Господь преобразился для апостолов чтобы они, когда увидят Иисуса распинаемым, не усомнились в Его учении, в Его Божественной природе. Ведь впереди предстояло добровольное страдание и смерть Бога за людей. Церковь всегда утверждала, что в самом факте Преображения есть как бы две стороны, дополняющие друг друга. С одной стороны, на Фаворской горе преображается Сам Господь, и апостолы видят Его, всецело пронизанного лучами божественной славы, зрят то, что по православному вероучению называется “нетварными божественными энергиями”. Как пишет святитель Иоанн Златоуст, то что Господь преобразился, означает, что Он “открыл им нечто из Своего Божества — столько, сколько могли они вместить, и показал в Себе обитающего Бога”. Но с другой стороны, православный христианин всегда помнит о том, что во время Преображения Господня чудесным образом переменилась и телесная природа самих апостолов. Более того, “нетварный фаворский свет”, облистал собой и весь окружающий “тварный” мир. Так, на старинных русских иконах с сюжетом Преображения нередко можно видеть, как сверкают белоснежным сиянием вершины окрестных гор. Даже тканые — недавно еще вполне обычные — одежды Христа тоже вдруг становятся пронизанными все тем же божественным светом.

Христиане знают горькую истину о поврежденности, искаженности всей природы, всего мироздания первым грехом человека — ослушанием Бога Адамом. Все в этом мире, в том числе и сам человек, подчинилось тогда закону тления и смерти. И все же подобное знание не влечет за собой для православных отчаяния. Евангельский рассказ о Преображении Спасителя дарует надежду на возвращение человеческого рода и всей вселенной к их прежнему, безгрешному состоянию первоначальной духовной чистоты. Чудо Преображения свидетельствует о том, что все в этом мире по-прежнему способно вернуться “на круги своя” — к изначальному бытию в святости. Именно в состояние такой святости, такой первозданной чистоты и возвратились в те мгновения апостолы, обретшие вдруг особое духовно-преображенное зрение и получившие потому возможность увидеть таинственный “фаворский свет” — “незаходимый” свет славы Христовой. Их очи, открывшиеся к прозрению высшей духовной реальности, восприняли тогда весь наш мир, все материальное бытие таким, каким оно некогда предстояло людскому взору еще до того, как все на земле покорилось суете и греху.

Празднование Церковью этого евангельского события совпадает со сбором урожая, поэтому в этот день принято освящать разнообразные земные плоды и благодарить за них Бога.

14 августа Православной Церквью отмеачется праздник - Изнесение Креста Господня.

История этого праздника такова: По причине болезней, весьма часто бывавших в августе, издревле утвердился в Константинополе обычай износить Честное Древо Креста  на дороги и улицы для освящения мест и в отвращение болезней. Накануне, износя его из царской сокровищницы, полагали на святой трапезе Великой церкви. С настоящего дня и далее до Успения Пресвятой Богородицы, творя литии по всему городу, предлагали его потом народу для поклонения. Это и есть происхождение Честного Креста.

В Русской Церкви это празднество соединилось с воспоминанием Крещения Руси 1 августа 988 года. В “Сказании действенных чинов святыя соборныя и апостольския великия церкви Успения”, составленном в 1627 году по повелению Патриарха Московского и всея Руси Филарета, дается такое объяснение праздника 1 августа: “А на происхождение в день Честного Креста бывает ход освящения ради водного и просвещения ради людского, по всем градам и весем”.

Сейчас наступил Успенский пост. В Церкви он установился очень давно - еще в пятом веке и, как говорит само его название, он посвящен Успению Пресвятой Богородицы, одному из богородичных праздников. По преданию Церкви, апостолам было открыто, что Пресвятая Матерь Господа нашего Иисуса Христа была взята на небеса телесно вскоре после Ее смерти (успения). По этой причине вскоре после окончания гонений на Церковь и был установлен особый пост для лучшей духовной подготовки к этому памятному событию.

Этот пост достаточно строгий, сравнимый с Великим, но по длительности - всего две недели.

Этот день также в народе называется медовым Спасом по причине освящения в этот день меда и разрешается вкушение нового его сбора. Собственно слово “Спас” - значит Спаситель, так называются три летних праздника, посвященных Иисусу Христу (Изнесение Древ Креста Господня, Преображение и Перенесение Нерукотворного Образа). Это название не церковное, а народное.

Родился в Никомедии в семье знатного язычника  и получил имя Пантолеон. Его мать, христианка Еввула, умерла, когда он был ещё в отроческом возрасте. Отец отдал юношу на обучение врачебному искусству к знаменитому в то время врачу Ефросину. Вскоре о нём услышал римский император Максимиан, пожелавший видеть Пантелеимона при своём дворе.

Проживавший в Никомедии пресвитер Ермолай заметил Пантелеимона и начал рассказывать ему о христианстве. Согласно житию, Пантолеон уверовал в Христа после того, как, увидев ребёнка, умершего от укуса змеи, он по молитве к Иисусу Христу воскресил его. После этого он принял крещение от пресвитера Ермолая и получил имя Пантелеимон.

После смерти отца св. Пантелеймон раздает все свое наследство бедным и нуждающимся, сам же продолжает помогать людям.
Из-за зависти других врачей, по их наговорам и за приверженность к христианству, св. Пантелеймон был заключен императором в темницу. Его обвиняли в чародействе, волшебстве, отступлении от языческой веры предков. Мужественный юноша отстаивал христианскую веру и предложил императору устроить своеобразное состязание: принести любого безнадежного больного и предоставить его сначала придворным лекарям, исповедовавшим язычество. Император согласился. Тогда принесли расслабленного, то есть парализованного, больного, над которым тщетно лекари и жрецы призывали своих богов: кто Асклепия, кто Зевса, кто Диану. Помощи от них больной не получил никакой. Тогда Пантелеймон, помолившись, взял за руку страдающего и произнес: “Во имя Господа Иисуса Христа встань и будь здоров”… Больной тут же выздоровел и встал. что Пантелеимон посещает в тюрьме христиан и лечит их именем Христа. Император призвал Пантелеимона и просил опровергнуть донос. Но тот исповедал себя христианином и был подвергнут пыткам. Пантелеимон был усечён мечом в 305 году.

Глава Пантелеимона хранится в Пантелеимоновом монастыре на Афоне. Частицы мощей святого находятся во многих городах России.

Помолитесь о его здравии, о скорейшем выздоровлении!

Святые братья БОРИС И ГЛЕБ (в крещении Роман и Давид) - князья, смиренно претерпевшие мученическую смерть, первые среди святых Русской православной церкви. Младшие сыновья великого князя киевского Владимира Святославича. Согласно традиции, Борис, родившийся ок. 990, был старшим из двух (что подчеркивается и в иконописи, где Борис бородат, а Глеб безбород). При родовом разделе земель (ок. 994–996) Борис получил Ростов, а Глеб – Муром. Оба князя ревностно обращали местных язычников в христианство, и оба пали жертвой старшего брата Святополка («Окаянного»), который, не брезгуя ничем, пытался утвердиться на киевском престоле. Летописные тексты, излагающие эти трагические события, читаются не как воинская хроника междоусобиц, а как жития страстотерпцев. Когда Владимир скончался (летом 1015), дружина побуждала Бориса идти на Киев, дабы принять княжение, но он отверг этот призыв, не желая нарушать принципа родового старшинства. Ясно прозревая преступный замысел брата и добровольно идя навстречу смерти, он отпустил своих воинов, оставшись на р. Альте с небольшим числом слуг. В ночь на 24 июля подосланные убийцы, приблизившись к шатру Бориса, услышали, как князь распевает псалмы. Пронзенное копьями тело повезли к Святополку, который, узнав, что брат еще дышит, приказал добить его мечом. Тайно захоронив Бориса, Святополк послал за Глебом – будто бы к заболевшему отцу. Предчувствуя, подобно Борису, неминуемую гибель, Глеб смиренно ждал ее, проводя время в молитвах об отце и брате. 5 сентября его зарезали, словно жертвенного агнца (символично, что убийцей стал его же повар), в устье р.Смядыни, захоронив в той же вышгородской церкви св. Василия, что и Бориса. Церковь через некоторое время сгорела, и на ее месте была сооружена клеть, куда были перенесены нетленные останки святых братьев. В сказании о братьях они именуются «небесными человеками и земными ангелами», молитва к которым способна отогнать «бранный меч и междоусобие». Молва о многочисленных чудесах у их гроба ускорила канонизацию (не позднее 1039). Церковь отмечает память первых русских святых 2 (15) мая, в день перенесения их мощей в новую церковь (еще раз перенесенные в новую, выстроенную во имя Бориса и Глеба церковь в Вышгороде, мощи были утрачены при нашествии Батыя), а также в день убиения Бориса 24 июля (6 августа). История братьев-мучеников не раз вдохновляла летописцев. Древнейшие и наиболее полные варианты сказаний, принадлежащие к числу лучших образцов древнерусской литературы, приписываются Нестору и черноризцу Иакову (11 – начало 12 вв.).

Молитва святым и благоверным князьям и страстотерпцам Борису и Глебу:

О двоице священная, братие прекрасная, доблии страстотерпцы Борисе и Глебе, от юности Христу верою, чистотою и любовию послужившии, и кровми своими, яко багряницею украсившиися и ныне со Христом царствующии, не забудите и нас сущих на земли, но яко теплии заступницы, вашим сильным ходатайством пред Христом Богом, сохраните юных во святей вере и чистоте неврежденными от всякаго прилога неверия и нечистоты, оградите всех нас от всякия скорби, озлоблений и напрасныя смерти, укротите всякую вражду и злобу, действом воздвизаемую от ближних и чуждых, Молим вас, христолюбивии страстотерпцы, испросите у Великодаровитаго Владыки всем нам оставление прегрешений наших, единомыслие и здравие, избавление от нашествия иноплеменных, междоусобныя брани, язвы и глада. Снабдевайте своим заступлением всех чтущих святую память вашу во веки веков. Аминь.

Св. Серафим Саровский — основатель именно русского типа старчества, он, по выражению  о. Валентина Свенцицкого, “старец всея России”. Он верил, как жил, и жил, как верил, — в  правде, мире и радости во Святом Духе. Он на деле, в служении показал свое старшинство в  церкви. Он же — основатель и монастыря в миру.

Это св. Серафим как бы говорит нам задолго до  Ф.М. Достоевского: “Иди в мир, там мира нет”, что и значит — “стяжи мир, и тысячи вокруг тебя  спасутся”.

О цели христианской жизни

Беседа преподобного Серафима Саровского с Н. А. Мотовиловым

Эта беседа произошла в ноябре 1831 года в лесу, неподалеку от Саровской обители, и была записана Николаем Александровичем Мотовиловым (1809-1879). Рукопись была обнаружена через 70 лет в бумагах жены Николая Александровича, Елены Ивановны Мотовиловой. Мы публикуем текст беседы издания 1903 года с некоторыми сокращениями. Кажущаяся простота беседы обманчива: поучения произносит один из величайших святых Русской Церкви, а слушателем является будущий подвижник веры, исцеленный по молитве Серафима от неизлечимой болезни. Именно Н.А. Мотовилову преподобный Серафим завещал перед смертью материальные заботы о своих дивеевских сиротах, об основании им Серафимо-Дивеевской обители.

Это было в четверток. День был пасмурный. Снегу было на четверть на земле, а сверху порошила довольно густая снежная крупа, когда батюшка отец Серафим начал беседу со мной на ближней пажнинке сенокосной своей, возле его ближней пустыньки против речки Саровки, у горы, подходящей близко к берегам ее.

Поместил он меня на пне только что им срубленного дерева, а сам стал против меня на корточках.

- Господь открыл мне, - сказал великий старец, - что в ребячестве вашем вы усердно желали знать, в чем состоит цель жизни нашей христианской, и у многих великих духовных особ вы о том неоднократно спрашивали…

Я должен сказать тут, что с 12-летнего возраста меня эта мысль неотступно тревожила, и я действительно ко многим из духовных лиц обращался с этим вопросом, но ответы их меня не удовлетворяли. Старцу это было неизвестно.

- Но никто, - продолжал отец Серафим, - не сказал вам о том определительно. Говорили вам: ходи в церковь, молись Богу, твори заповеди Божии, твори добро - вот тебе и цель жизни христианской. А некоторые даже негодовали на вас за то, что вы заняты не богоугодным любопытством, и говорили вам: высших себя не ищи. Но они не так говорили, как бы следовало. Вот я, убогий Серафим, растолкую вам теперь, в чем действительно эта цель состоит.

Молитва, пост, бдение и всякие другие дела христианские, сколько ни хороши они сами по себе, однако не в делании только их состоит цель нашей христианской жизни, хотя они и служат необходимыми средствами для достижения ее. Истинная же цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого Божьего. Пост же и бдение и молитва, и милостыня, и всякое Христа ради делаемое доброе дело суть средства для стяжания Святого Духа Божьего. Заметьте, батюшка, что лишь только ради Христа делаемое доброе дело приносит нам плоды Святого Духа. Все же не ради Христа делаемое, хотя и доброе, мзды в жизни будущего века нам не представляет, да и в здешней жизни благодати Божией тоже не дает. Вот почему Господь Иисус Христос сказал: всяк, иже не собирает со Мною, тот расточает. Доброе дело иначе нельзя назвать как собиранием, ибо хотя оно и не ради Христа делается, однако же добро. Писание говорит: во всяком языце бояйся Бога и делаяй правду, приятен Ему есть. И, как видим из священного повествования, этот делаяй правду до того приятен Богу, что Корнилию сотнику, боявшемуся Бога и делавшему правду, явился ангел Господень во время молитвы его и сказал: пошли во Иоппию к Симону Усмарю, тамо обрящеши Петра и той ти речет глаголы живота вечного, в них спасешися ты и весь дом твой. Итак, Господь все свои божественные средства употребляет, чтобы доставить такому человеку возможность за свои добрые дела не лишиться награды в жизни пакибытия. Но для этого надо начать здесь правой верой в Господа нашего Иисуса Христа, Сына Божия, пришедшего в мир грешныя спасти… Но тем и ограничивается эта приятность Богу дел добрых, не ради Христа делаемых: Создатель наш дает средства на их осуществление. За человеком остается или осуществить их, или нет. Вот почему Господь сказал евреям: аще не бысте видели, греха не бысте имели. Ныне же глаголете - видим, и грех ваш пребывает на вас. Воспользуется человек, подобно Корнилию, приятностию Богу дела своего, не ради Христа сделанного, и уверует в Сына Его, то такого рода дело вменится ему, как бы ради Христа сделанное и только за веру в Него. В противном же случае человек не вправе жаловаться, что добро его не пошло в дело. Этого не бывает никогда только при делании какого-либо добра Христа ради, ибо добро, ради Него сделанное, не только в жизни будущего века венец правды ходатайствует, но и в здешней жизни преисполняет человека благодатию Духа Святого, и притом, как сказано: не в меру бо дает Бог Духа Святого, Отец бо любит Сына и вся дает в руце Его.

Так-то, ваше Боголюбие! Так в стяжании этого-то Духа Божия и состоит истинная цель нашей жизни христианской, а молитва, бдение, пост, милостыня и другие ради Христа делаемые добродетели суть только средства к стяжанию Духа Божиего.

- Как же стяжание? - спросил я батюшку Серафима. - Я что-то этого не понимаю.

- Стяжание все равно что приобретение, - отвечал мне он, - ведь вы разумеете, что значит стяжание денег. Так все равно и стяжание Духа Божия. Ведь вы, ваше Боголюбие, понимаете, что такое в мирском смысле стяжание? Цель жизни мирской обыкновенных людей есть стяжание, или наживание, денег, а у дворян сверх того - получение почестей, отличий и других наград за государственные заслуги. Стяжание Духа Божия есть тоже капитал, но только благодатный и вечный… Бог Слово, Господь наш Богочеловек Иисус Христос, уподобляет жизнь нашу торжищу и дело жизни нашей на земле именует куплею, и говорит всем нам: купуйте, дондеже прииду, искупуюше время, яко дние лукави суть, то есть выгадывайте время для получения небесных благ через земные товары. Земные товары - это добродетели, делаемые Христа ради, доставляющие нам благодать Всесвятого Духа. В притче о мудрых и юродивых девах, когда у юродивых недоставало елея, сказано: шедше купите на торжищи. Но когда они купили, двери в чертог брачный уже были затворены, и они не могли войти в него. Некоторые говорят, что недостаток елея у юродивых дев знаменует недостаток у них прижизненных добрых дел. Такое разумение не вполне правильно. Какой же это у них был недостаток в добрых делах, когда они хоть юродивыми, да все же девами называются? Ведь девство есть наивысочайшая добродетель, как состояние равноангельское, и могло бы служить заменой само по себе всех прочих добродетелей. Я, убогий, думаю, что у них именно благодати Всесвятого Духа Божиего недоставало. Творя добродетели, девы эти, по духовному своему неразумию, полагали, что в том-то и дело лишь христианское, чтобы одни добродетели делать. Сделали мы-де добродетель и тем-де и дело Божие сотворили, а до того, получена ли была ими благодать Духа Божия, достигли ли они ее, им и дела не было. Про такие-то образы жизни, опирающиеся лишь на одно творение добродетелей без тщательного испытания, приносят ли они и сколько именно приносят благодати Духа Божиего, и говорится в отеческих книгах: ни есть путь, мняйся быти благим в начале, но концы его - во дно адово. Антоний Великий в письмах своих к монахам говорит про таких дев: “Многие монахи и девы не имеют никакого понятия о различиях в волях, действующих в человеке, и не ведают, что в нас действуют три воли: 1-я - Божия, всесовершенная и всеспасительная; 2-я - собственная своя, человеческая, то есть если не пагубная, то и не спасительная; и 3-я - бесовская - вполне пагубная. И вот эта-то третья - вражеская воля - и научает человека или не делать никаких добродетелей, или делать их из тщеславия, или для одного добра, а не ради Христа. Вторая - собственная воля наша научает нас делать все в услаждение нашим похотям, а то и, как враг научает, творить добро ради добра, не обращая внимания на благодать, им приобретаемую. Первая же - воля Божия и всеспасительная в том только и состоит, чтобы делать добро единственно лишь для стяжания Духа Святого… Вот это-то и есть тот елей в светильниках у мудрых дев, который мог светло и продолжительно гореть, и девы те с этими горящими светильниками могли дождаться и Жениха, пришедшего во полунощи, и войти с Ним в чертог радости. Юродивые же, видевши, что угасают их светильники, хотя и пошли на торжище, да купят елея, но не успели возвратиться вовремя, ибо двери уже были затворены. Торжище - жизнь наша; двери чертога брачного, затворенные и не допустившие к Жениху, - смерть человеческая; девы мудрые и юродивые - души христианские; елей - не дела, но получаемая через них вовнутрь естества нашего благодать Всесвятого Духа Божия, претворяющая оное от тления в нетление, от смерти душевной в жизнь духовную, от тьмы в свет, от вертепа существа нашего, где страсти привязаны, как скоты и звери, - в храм Божества, в пресветлый чертог вечного радования о Христе Иисусе Господе нашем, Творце и Избавителе и Вечном Женихе душ наших. Сколь велико сострадание Божие к нашему бедствию, то есть невниманию к Его о нас попечению, когда Бог говорит: се стою при дверях и толку!., разумея под дверями течение нашей жизни, еще не затворенной смертью. О, как желал бы я, ваше Боголюбие, чтобы в здешней жизни вы всегда были в Духе Божием! В чем застану, в том и сужу, говорит Господь. Горе, великое горе, если застанет Он нас отягощенными попечением и печалями житейскими, ибо кто стерпит гнев Его и против лица гнева Его кто станет! Вот почему сказано: бдите и молитеся, да не внидите в напасть, то есть да не лишитеся Духа Божия, ибо бдение и молитва приносит нам благодать Его. Конечно, всякая добродетель, творимая ради Христа, дает благодать Духа Святого, но более всего дает молитва, потому что она всегда в руках наших, как орудие для стяжания благодати Духа… На нее всякому и всегда есть возможность… Как велика сила молитвы даже и грешного человека, когда она от всей души возносится, судите по следующему примеру Священного Предания: когда по просьбе отчаянной матери, лишившейся единородного сына, похищенного смертью, жена - блудница, попавшаяся ей на пути и даже еще от только что бывшего греха не очистившаяся, тронутая отчаянной скорбью матери, возопила ко Господу: “Не мене ради грешницы окаянной, но слез ради матери, скорбящей о сыне своем и твердо уверенной в милосердии и всемогуществе Твоем, Христе Боже, воскреси, Господи, сына ее!” - и воскресил его Господь. Так-то, ваше Боголюбие, велика сила молитвы, и она более всего приносит Духа Божиего, и ее удобнее всего всякому исправлять. Блаженны мы будем, когда обрящет нас Господь Бог бдящими, в полноте даров Духа Его Святого!..

- Ну а как же, батюшка, быть с другими добродетелями, творимыми ради Христа, для стяжания благодати Духа Святого? Ведь вы мне о молитве только говорить изволите?

- Стяжайте благодать Духа Святого и всеми другими Христа ради добродетелями, торгуйте ими духовно, торгуйте теми из них, которые вам больший прибыток дают. Собирайте капитал благодатных избытков благости Божией, кладите их в ломбард вечный Божий из процентов невещественных… Примерно: дает вам более благодати Божией молитва и бдение, бдите и молитесь; много дает Духа Божиего пост, поститесь, более дает милостыня, милостыню творите, и таким образом о всякой добродетели, делаемой Христа ради рассуждайте.

Вот я вам расскажу про себя, убогого Серафима. Родом я из курских купцов. Так, когда не был я еще в монастыре, мы, бывало, торговали товаром, который нам больше барыша дает. Так и вы, батюшка, поступайте, и, как в торговом деле, не в том сила, чтобы лишь только торговать, а в том, чтобы больше барыша получить, так и в деле жизни христианской не в том сила, чтобы только молиться или другое какое-либо доброе дело делать. Хотя апостол и говорит, непрестанно молитеся, но да ведь, как помните, прибавляет: хочу лучше пять словес рещи умом, нежели тысячи языком. И Господь говорит: не всяк глаголяй Мне, Господи, Господи! спасется, но творяй волю Отца Моего, то есть делающий дело Божие и притом с благоговением, ибо проклят всяк, иже творит дело Божие с нерадением. А дело Божие есть: да веруете в Бога и Его же послал есть Иисуса Христа. Если рассудить правильно о заповедях Христовых и апостольских, так дело наше христианское состоит не в увеличении счета добрых дел, служащих к цели нашей христианской жизни только средствами, но в извлечении из них большей выгоды, то есть вящем приобретении обильнейших даров Духа Святого.

Так желал бы я, ваше Боголюбие, чтобы и вы сами стяжали этот приснонеоскудевающий источник благодати Божией и всегда рассуждали себя, в Духе ли Божием вы обретаетесь или нет; и если - в Духе Божием, то, благословен Бог! - не о чем горевать: хоть сейчас - на страшный суд Христов! Ибо в чем застану, в том и сужу. Если же - нет, то надобно разобрать, отчего и по какой причине Господь Бог Дух Святой изволил оставить нас, и снова искать и доискиваться Его… На отгоняющих же нас от Него врагов наших надобно так нападать, покуда и прах их возметется, как сказал пророк Давид…

- Батюшка, - сказал я, - вот вы все изволите говорить о стяжании благодати Духа Святого как о цели христианской жизни; но как же и где я могу ее видеть? Добрые дела видны, а разве Дух Святой может быть виден? Как же я буду знать, со мной Он или нет?

- Мы в настоящее время, - так отвечал старец, - по нашей почти всеобщей холодности к святой вере в Господа нашего Иисуса Христа и по невнимательности нашей к действиям Его Божественного о нас Промысла и общения человека с Богом, до того дошли, что, можно сказать, почти вовсе удалились от истинно христианской жизни…

…Очень уж мы стали невнимательны к делу нашего спасения, отчего и выходит, что мы и многие слова Священного Писания приемлем не в том смысле, как бы следовало. А все потому, что не ищем благодати Божией, не допускаем ей по гордости ума нашего вселиться в души наши и потому не имеем истинного просвещения от Господа, посылаемого в сердца людей, всем сердцем алчущих и жаждущих правды Божией. Вот, например: многие толкуют, что когда в Библии говорится - вдунул Бог дыхание жизни в лице Адама первозданного и созданного Им от персти земной, что будто бы это значило, что в Адаме до этого не было души и духа человеческого, а была будто бы лишь плоть одна, созданная из персти земной.

Неверно это толкование, ибо Господь Бог создал Адама от персти земной в том составе, как святой апостол Павел утверждает, да будет всесовершен ваш дух, душа и плоть в пришествие Господа нашего Иисуса Христа. И все три сии части нашего естества созданы были от персти земной, и Адам не мертвым был создан, но действующим животным существом, подобно другим живущим на земле одушевленным Божиим созданиям. Но вот в чем сила, что если бы Господь Бог не вдунул потом в лице его сего дыхания жизни, то есть благодати Господа Бога Духа Святого от Отца исходящего и в Сыне почивающего и ради Сына в мир посылаемого, то Адам, как ни был он совершенно превосходно создан над прочими Божиими созданиями, как венец творения на земле, все-таки пребыл бы неимущим внутрь себя Духа Святого, возводящего его в Богоподобное достоинство, и был бы подобен всем прочим созданиям, хотя и имеющим плоть, и душу, и дух, принадлежащие каждому по роду их, но Духа Святого внутрь себя неимущим. Когда же вдунул Господь Бог в лице Адамово дыхание жизни, тогда-то, по выражению Моисееву, и Адам бысть в душу живу, то есть во всем Богу подобную и такую, как и Он, на веки веков бессмертную. Адам сотворен был не подлежащим действию ни одной из сотворенных Богом стихий, его ни вода не топила, ни огонь не жег, ни земля не могла пожрать в пропастях своих, ни воздух не мог повредить каким бы то ни было своим действием. Все покорено было ему, как любимцу Божию, как царю и обладателю твари…

Такую же премудрость, и силу, и всемогущество и все прочие благие и святые качества Господь Бог даровал и Еве, сотворив ее не от персти земной, а от ребра Адамова в раю, насажденном Им посреди земли. Для того, чтобы они могли удобно и всегда поддерживать в себе бессмертные, Богоблагодатные и всесовершенные свойства сего дыхания жизни, Бог посадил посреди рая древо жизни, в плодах которого заключил всю сущность и полноту даров этого Божественного Своего дыхания. Если бы не согрешили, то Адам и Ева сами и все их потомство могли бы всегда, пользуясь вкушением от плода древа жизни, поддерживать в себе вечно животворящую силу благодати Божией и бессмертную, вечно юную полноту сил плоти, души и духа, даже и воображению нашему в настоящее время неудобопонятную.

Когда же вкушением от древа познания добра и зла - преждевременно и противно заповеди Божией - узнали различие между добром и злом и подверглись всем бедствиям, последовавшим за преступление заповеди Божией, то лишились этого бесценного дара благодати Духа Божия, так что до самого пришествия в мир Богочеловека Иисуса Христа Дух Божий не убо бе в мире, яко Иисус не убо бе прославлен…

Когда же Он, Господь наш Иисус Христос, изволил совершить все дело спасения, то по воскресении Своем дунул на апостолов, возобновив дыхание жизни, утраченное Адамом, и даровал им эту же самую благодать Всесвятого Духа Божиего. Но мало сего - ведь говорил же Он им: уне есть им, да Он идет ко Отцу; аще же бо не идет Он, то Дух Божий не приидет в мир; аще же идет Он, Христос, ко Отцу, то послет Его в мир, и Он, Утешитель, наставит их и всех последующих их учению на всякую истину и воспомянут им вся, яже Он глаголал им еще сущи в мире с ними. Это уже обещана была Им благодать-возблагодать. И вот в день Пятидесятницы торжественно ниспослал Он им Духа Святого в дыхании бурне, в виде огненных языков, на коемждо из них седших и вошедших в них, и наполнивших их силою огнеобразной Божественной благодати, росоносно дышащей и радостотворно действующей в душах, причащающихся ее силе и действиям.

И вот эту-то самую огнедохновенную благодать Духа Святого, когда она подается нам в таинстве святого крещения, священно запечатлевают миропомазанием в главнейших указанных святою Церковию местах нашей плоти, как вековечной хранительницы этой благодати. Говорится: печать дара Духа Святого. А на что, батюшка, ваше Боголюбие, кладем мы, убогие, печати свои, как не на сосуды, хранящие какую-нибудь высокоценимую нами драгоценность? Что же может быть выше всего на свете и что драгоценнее даров Духа Святого, ниспосылаемых нам свыше в таинстве крещения, ибо крещенская эта благодать столь велика и столь необходима, столь живоносна для человека, что даже и от человека-еретика не отъемлется до самой его смерти, то есть до срока, обозначенного свыше по Промыслу Божию для пожизненной пробы человека на земле - на что он будет годен и что он в этот Богом дарованный ему срок при посредстве свыше дарованной ему силы благодати сможет совершить.

И если бы мы не грешили никогда после крещения нашего, то вовеки пребыли бы святыми, непорочными и изъятыми от всякия скверны плоти и духа угодниками Божиими. Но вот в том-то и беда, что мы, преуспевая в возрасте, не преуспеваем в благодати и в разуме Божием, как преуспевал в том Господь наш Христос Иисус, а напротив того, развращаясь мало-помалу, лишаемся благодати Всесвятого Духа Божиего и делаемся в многоразличных мерах грешными и многогрешными людьми. Но когда кто, будучи возбужден ищущею нашего спасения премудростью Божиею, обходящею всяческая, решится ради нее на утреневание к Богу и бдение ради обретения вечного своего спасения, тогда тот, послушный гласу ее, должен прибегнуть к истинному во всех грехах своих покаянию и к сотворению противоположных содеянным грехам добродетелей, а через добродетели Христа ради к приобретению Духа Святого, внутрь нас действующего и внутрь нас Царствие Божие устраивающего.

Слово Божие недаром говорит: внутрь вас есть Царствие Божие, и нуждницы восхищают его. То есть - те люди, которые, несмотря и на узы греховные, связавшие их и не допускающие прийти к Нему, Спасителю нашему, с совершенным покаянием, презирая всю крепость этих греховных связок, нудятся расторгнуть узы их, - такие люди являются потом действительно перед лице Божие паче снега убеленными Его благодатию. Приидите, говорит Господь: и аще грехи ваши будут, яко багряное, то яко снег убелю их. Так некогда святой тайновидец Иоанн Богослов видел таких людей во одеждах белых, т. е. одеждах оправдания, и финицы в руках их, как знамение победы, и пели они Богу дивную песнь Аллилуйя. Красоте пения их никтоже подражати можаше. Про них Ангел Божий сказал: сии суть, иже приидоша от скорби великия, иже испраша ризы своя и убелиша ризы своя в Крови Агнчей, - испраша страданиями и убелиша их в причащении Пречистых и Животворящих Тайн Плоти и Крови Агнца непорочна и Пречиста Христа, прежде всех век закланного Его собственною волею за спасение мира, подающего же нам в вечное и не оскудеваемое спасение наше и замену, всяк ум превосходящую, того плода древа жизни, которого хотел было лишить наш род человеческий враг человеков, спадший с небесе Денница.

Хотя враг диавол и обольстил Еву, и с нею пал и Адам, но Господь не только даровал им Искупителя в плоде Семени Жены, смертию смерть поправшего, но и дал всем нам в Жене, Приснодеве Богородице Марии, стершей в Самой Себе и стирающей во всем роде человеческом главу змиеву, неотступную Ходатаицу к Сыну Своему и Богу нашему, непостыдную и непреоборимую Предстательницу даже за самых отчаянных грешников. По этому самому Божия Матерь и называется Язвою бесов, ибо нет возможности бесу погубить человека, лишь бы только сам человек не отступил от прибегания к помощи Божией Матери.

Еще, ваше Боголюбие, должен я, убогий Серафим, объяснить, в чем состоит различие между действиями Духа Святого, священнотайне вселяющегося в сердца верующих в Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, и действиями тьмы греховной, по наущению и разжжению бесовскому воровски в нас действующей. Дух Божий воспоминает нам словеса Господа нашего Иисуса Христа и действует едино с Ним, всегда тождественно, радостотворя сердца наши и управляя стопы наши на путь мирен, а дух лестчий, бесовский, противно Христу мудрствует, и действия его в нас мятежны, стропотны и исполнены похоти плотской, похоти очес и гордости житейской. Аминь, аминь, глаголю вам, всяк живый и веруяй в Мя не умрет во веки: имеющий благодать Святого духа за правую веру во Христа, если бы по немощи человеческой и умер душевно от какого-либо греха, то не умрет во веки, но будет воскрешен благодатию Господа нашего Иисуса Христа, вземлющаго грехи мира и туне дарующего благодать-возблагодать. Про эту-то благодать, явленную всему миру и роду нашему человеческому в Богочеловеке, и сказано в Евангелии: в Том живот бе и живот бе свет человеком, и прибавлено: и свет во тьме светится и тьма Его не объят. Это значит, что благодать Духа Святого, даруемая при крещении во имя Отца и Сына и Святого Духа, несмотря на грехопадения человеческие, несмотря на тьму вокруг души нашей, все-таки светится в сердце искони бывшим Божественным светом бесценных заслуг Христовых. Этот свет Христов при нераскаянии грешника глаголет ко Отцу: Авва Отче! Не до конца прогневайся на нераскаянность эту! А потом, при обращении грешника на путь покаяния, совершенно изглаживает и следы содеянных преступлений, одевая бывшего преступника снова одеждой нетления, сотканной из благодати Духа Святого, о стяжании которой, как о цели жизни христианской, я и говорю столько времени вашему Боголюбию…

- Каким же образом, - спросил я батюшку отца Серафима, - узнать мне, что я нахожусь в благодати Духа Святого?

- Это, ваше Боголюбие, очень просто! - отвечал он мне.- Поэтому-то и Господь говорит: вся проста суть обретающим разум… Да беда-то вся наша в том, что сами-то мы не ищем этого разума Божественного, который не кичит (не гордится), ибо не от мира сего есть…

Я отвечал:

- Все-таки я не понимаю, почему я могу быть твердо уверенным, что я в Духе Божием. Как мне самому в себе распознавать истинное Его явление?

Батюшка Отец Серафим отвечал:

- Я уже, ваше Боголюбие, подробно рассказал вам, как люди бывают в Духе Божием… Что же вам, батюшка, надобно?

- Надобно, - сказал я, - чтобы я понял это хорошенько!.. Тогда отец Серафим взял меня весьма крепко за плечи и сказал мне:

- Мы оба теперь, батюшка, в Духе Божием с тобою!.. Что же ты не смотришь на меня?

Я отвечал:

- Не могу, батюшка, смотреть, потому что из глаз ваших молнии сыпятся. Лицо ваше сделалось светлее солнца, и у меня глаза ломит от боли!..

Отец Серафим сказал:

- Не устрашайтесь, ваше Боголюбие! И вы теперь сами так же светлы стали, как и я. Вы сами теперь в полноте Духа Божиего, иначе вам нельзя было бы и меня таким видеть.

И приклонив ко мне свою голову, он тихонько на ухо сказал мне:

- Благодарите же Господа Бога за неизреченную к вам милость Его. Вы видели, что я только в сердце моем мысленно помолился Господу Богу и внутри себя сказал: Господи! Удостой его ясно и телесными глазами видеть то сошествие Духа Твоего, которым Ты удостоиваешь рабов Своих, когда благоволишь являться во свете великолепной славы Твоей! И вот, батюшка, Господь и исполнил мгновенно смиренную просьбу убогого Серафима… Как же не благодарить Его за этот неизреченный дар нам обоим! Этак, батюшка, не всегда и великим пустынникам являет Господь Бог милость Свою. Это благодать Божия благоволила утешить сокрушенное сердце ваше, как мать чадолюбивая, по предстательству Самой Матери Божией… Что ж, батюшка, не смотрите мне в глаза? Смотрите просто и не убойтесь - Господь с нами!

Я взглянул после этих слов в лицо его, и напал на меня еще больший благоговейный ужас. Представьте себе, в середине солнца, в самой блистательной яркости его полуденных лучей, лицо человека, с вами разговаривающего. Вы видите движение уст его, меняющееся выражение его глаз, слышите его голос, чувствуете, что кто-то вас руками держит за плечи, но не только рук этих не видите, не видите ни самих себя, ни фигуры его, а только один свет ослепительный, простирающийся далеко, на несколько сажен кругом, и озаряющий ярким блеском своим и снежную пелену, покрывающую поляну, и снежную крупу, осыпающую сверху и меня, и великого старца…

- Что же чувствуете вы теперь? - спросил меня отец Серафим.

- Необыкновенно хорошо! - сказал я.

- Да как же хорошо? Что именно? Я отвечал:

- Чувствую я такую тишину и мир в душе моей, что никакими словами выразить не могу!

- Это, ваше Боголюбие, - сказал батюшка отец Серафим, - тот мир, про который Господь сказал ученикам Своим: мир Мой даю вам, не якоже мир дает, Аз даю вам. Аще бо от мира были бысте, мир убо любил свое, но якоже избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир. Обаче дерзайте, яко Аз победих мир. Вот этим-то людям, ненавидимым от мира сего, избранным же от Господа, и дает Господь тот мир, который вы теперь в себе чувствуете; мир, по слову апостольскому, всяк ум преимущий. Так его называет апостол, потому что нельзя выразить никаким словом того благосостояния душевного, которое он производит в тех людях, в сердца которых его внедряет Господь Бог. Христос Спаситель называет его миром от щедрот Его собственных, а не от мира сего, ибо никакое временное земное благополучие не может дать его сердцу человеческому: он свыше даруется от Самого Господа Бога, почему и называется миром Божиим… Что же еще чувствуете вы? - спросил меня отец Серафим.

- Необыкновенную сладость! - отвечал я. И он продолжал:

- Это та сладость, про которую говорится в Священном Писании: от тука дому Твоего упиются и потоком сладости Твоея напоиши я. Вот эта-то теперь сладость преисполняет сердца наши и разливается по всем жилам нашим неизреченным услаждением. От этой-то сладости наши сердца как будто тают, и мы оба исполнены такого блаженства, какое никаким языком выражено быть не может… Что же еще вы чувствуете?

- Необыкновенную радость во всем моем сердце! И батюшка отец Серафим продолжал:

- Когда Дух Божий снисходит к человеку и осеняет его полнотою Своего наития, тогда душа человеческая преисполняется неизреченною радостию, ибо Дух Божий радостотворит все, к чему бы Он ни прикоснулся. Это та самая радость, про которую Господь говорит в Евангелии Своем: жена егда рождает, скорбь имать, яко прииде год ея: егда же родит отроча, к тому не помнит скорби за радость, яко человек родися в мир. В мире скорбни будете, но егда узрю вы, возрадуется сердце ваше, и радости вашея никто же возмет от вас. Но как бы ни была утешительна радость эта, которую вы теперь чувствуете в сердце своем, все-таки она ничтожна в сравнении с тою, про которую Сам Господь устами Своего апостола сказал, что радости той ни око не виде, ни ухо не слыша, ни на сердце человеку не взыдоша благая, яже уготовал Бог любящим Его. Предзадатки этой радости даются нам теперь, и если от них так сладко, хорошо и весело в душах наших, то что сказать о той радости, которая уготована там, на небесах, плачущим здесь, на земле? Вот и вы, батюшка, довольно-таки поплакали в жизни вашей на земле, и смотрите-ка, какою радостью утешает вас Господь еще в здешней жизни. Теперь за нами, батюшка, дело, чтобы, труды к трудам прилагая, восходить нам от силы в силу и достигнуть меры возраста исполнения Христова… Что же еще вы чувствуете, ваше Боголюбие? Я отвечал:

- Теплоту необыкновенную!

- Как, батюшка, теплоту? Да ведь мы в лесу сидим. Теперь зима на дворе, и под ногами снег, и на нас более вершка снегу, и сверху крупа падает… какая же может быть тут теплота?

Я отвечал:

- А такая, какая бывает в бане, когда поддадут на каменку и когда из нее столбом пар валит…

- И запах, - спросил он меня, - такой же, как из бани?

- Нет, - отвечал я, - на земле нет ничего подобного этому благоуханию…

И батюшка Серафим, приятно улыбнувшись, сказал:

- И сам я, батюшка, знаю это точно так же, как и вы, да нарочно спрашиваю у вас - так ли вы это чувствуете? Сущая правда, ваше Боголюбие. Никакая приятность земного благоухания не может быть сравнена с тем благоуханием, которое мы теперь ощущаем, потому что нас теперь окружает благоухание Святого Духа Божия. Что же земное может быть подобно ему!.. Заметьте же, ваше Боголюбие, ведь вы сказали мне, что кругом нас тепло, как в бане, а посмотрите-ка: ведь ни на вас, ни на мне снег не тает и под нами так же. Стало быть теплота эта не в воздухе, а в нас самих. Она-то и есть именно та самая теплота, про которую Дух Святой словами молитвы заставляет нас вопиять к Господу: теплотою Духа Святаго согрей мя! Ею-то согреваемые, пустынники и пустынницы не боялись зимнего мраза, будучи одеваемы, как в теплые шубы, в благодатную одежду, от Святого Духа истканную. Так ведь и должно быть на самом деле, потому что благодать Божия должна обитать внутри нас, в сердце нашем, ибо Господь сказал: царствие Божие внутрь вас есть. Под царствием же Божиим Господь разумел благодать Духа Святого. Вот это царствие Божие теперь внутрь вас и находится, а благодать Духа Святого и отвне осиявает, и согревает нас, и, преисполняя многоразличным благоуханием окружающий нас воздух, услаждает наши чувства пренебесным услаждением, напояя сердца наши радостью неизглаголанною.

Наше теперешнее положение есть то самое, про которое апостол говорит: царствие Божие несть пища и питие, но правда и мир о Дусе Святе. Вера наша состоит не в препретельных земныя премудрости словах, но в явлении силы и духа. Вот в этом-то состоянии мы с вами теперь и находимся. Про это состояние именно и сказал Господь: суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, дондеже видят царствие Божие, пришедшее в силе… Будете ли вы помнить теперешнее явление неизреченной милости Божией, посетившей нас?

- Не знаю, батюшка, - сказал я, - удостоит ли меня Господь навсегда помнить так живо и явственно, как теперь я чувствую, эту милость Божию.

- А я мню, - отвечал мне отец Серафим, - что Господь поможет вам навсегда удержать это в памяти вашей, ибо иначе благодать Его не приклонилась бы так мгновенно к смиренному молению моему и не предварила бы так скоро послушать убогого Серафима, тем более что и не для вас одних дано вам разуметь это, а через вас для целого мира, чтобы вы сами, утвердившись в деле Божием, и другим могли быть полезными… У Бога взыскуется правая вера в Него и Сына Его Единородного. За это и подается обильно свыше благодать Духа Святого. Господь ищет сердца, преисполненного любовью к Богу и ближнему, - вот престол, на котором Он любит восседать и на котором Он является в полноте Своей пренебесной славы. Сыне, даждь Ми сердце твое, - говорит Он, - а все прочее Я Сам приложу тебе, ибо в сердце человеческом может вмещаться царствие Божие. Господь заповедует ученикам Своим: ищите прежде царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам. Весть бо Отец ваш небесный, яко всех сил требуете.

Не укоряет Господь Бог за пользование благами земными, ибо и Сам говорит, что по положению нашему в жизни земной мы всех сих требуем, то есть всего, что успокаивает на земле нашу человеческую жизнь и делает удобным и более легким путь наш к отечеству небесному… И Церковь Святая молится о том, чтобы это было нам даровано Господом Богом; и хотя прискорбия, несчастия и разнообразные нужды и неразлучны с нашей жизнью на земле, однако же Господь Бог не хотел и не хочет, чтобы мы были только в одних скорбях и напастях, почему и заповедует нам через апостолов носить тяготы друг друга и тем исполнить закон Христов. Господь Иисус лично дает нам заповедь, чтобы мы любили друг друга и, соутешаясь этой взаимной любовью, облегчали себе прискорбный и тесный путь нашего шествования к отечеству небесному. Для чего же Он и с небес сошел к нам, как не для того, чтобы, восприяв на Себя нашу нищету, обогатить нас богатством благости Своей и Своих неизреченных щедрот. Ведь пришел Он не для того, чтобы послужили Ему, но да послужит Сам другим и да даст душу Свою за избавление многих. Итак и вы, ваше Боголюбие, творите и, видевши явно оказанную вам милость Божию, сообщайте о том всякому желающему себе спасения.

Жатвы бо много, - говорит Господь, - делателей же мало… Вот и нас Господь Бог извел на делание и дал дары благодати Своей, чтобы, пожиная класы спасения наших ближних через множайшее число приведенных нами в царствие Божие, принесли Ему плоды - ово тридесять, ово шестьдесят, ово же сто.

Будем же блюсти себя, батюшка, чтобы не быть нам осужденным с тем лукавым и ленивым рабом, который закопал свой талант в землю, а будем стараться подражать тем благим и верным рабам Господа, которые принесли Господину своему один вместо двух - четыре, другой вместо пяти - десять. О милосердии же Господа Бога сомневаться нечего. Сами, ваше Боголюбие, видите, как слова Господни, сказанные через пророка, сбылись на нас: несмь Аз Бог издалече, но Бог изблизи и при устех твоих есть спасение твое…

Близ Господь всем призывающим Его во истине, и несть у Него зрения на лица, Отец бо любит Сына и вся дает в руце Его, лишь бы только мы сами любили Его, Отца нашего небесного, истинно, по-сыновнему. Господь равно слушает и монаха, и мирянина, простого христианина, лишь бы оба были православные и оба любили Бога из глубины душ своих, и оба имели в Него веру, хотя бы яко зерно горушно, и оба двинут горы. Един движет тысящи, два же тьмы. Сам Господь говорит: вся возможна верующему, а батюшка святой апостол Павел восклицает: вся могу о укрепляющем мя Христе.

Не дивнее ли еще этого Господь наш Иисус Христос говорит о верующих в Него: веруяй в Мя дела не точию яже Аз творю, но и больше сих сотворит, яко Аз иду ко Отцу Моему и умолю Его о вас, да радость ваша исполнена будет. Доселе не просисте ничесоже во имя Мое, ныне же просите и приимите… Так-то, ваше Боголюбие, все, о чем бы вы ни попросили у Господа Бога, все восприимете, лишь бы только было во славу Божию или на пользу ближнего, потому что и пользу ближнего Он же к славе Своей относит, почему и говорит: вся, яже единому от меньших сих сотвористе, Мне сотвористе. Так не имейте никакого сомнения, чтобы Господь Бог не исполнил ваших прошений, лишь бы только они или к славе Божией, или к пользе и назиданию ближних относились. Но если бы даже и для собственной вашей нужды, или пользы, или выгоды вам что-либо было нужно, и это даже все столь же скоро и благопослушливо Господь Бог изволит послать вам, только бы в том крайняя нужда и необходимость настояла, ибо любит Господь любящих Его: благ Господь всяческим, и щедроты Его во всех делех Его, волю же боящихся Его сотворит и молитву их услышит, и весь совет их исполнит; исполнит Господь вся прошения твоя. Однако опасайтесь, ваше Боголюбие, чтобы не просить у Господа того, в чем не будете иметь крайней нужды. Не откажет Господь вам и в том за вашу православную веру во Христа Спасителя, ибо не предаст Господь жезла праведных на жребий грешных и волю раба Своего сотворит неукоснительно, однако взыщет с него, зачем он тревожил Его без особой нужды, просил у Него того, без чего мог бы весьма удобно обойтись.

И во все время беседы этой с того самого времени, как лицо отца Серафима просветилось, видение это не переставало… Исходившее же от него неизреченное блистание света видел я сам, своими собственными глазами, что готов подтвердить и присягою.

Святой Первоверховный Апостол Петр  - уроженец города Вифсаиды, брат святого апостола Андрея Первозванного, ученика   Иоанна Крестителя, жил со своим семейством в Капернауме и занимался рыболовством. Звали его Симоном, а имя Петр (что значит камень) он получил от Иисуса Христа. Жизнь Апостола Петра освещена в Евангельском повествовании более других апостолов потому, что он - все время рядом с Христом, особенно сильно привязан к Нему, первый безоговорочно верит в  Божественное посланничество Господа. За это он был удостоен особой близости к Господу. Так, с  апостолами Иаковом и Иоанном Петр был свидетелем воскрешения дочери Иаира, видел славу Господню на горе Фаворе во время   Преображения, оставался со Христом в Гефсиманском саду накануне предательства Его Иудою. Но, несмотря на всю свою любовь и преданность,  Петр не избежал самого страшного греха - отступничества, который искупал потом всю жизнь. После ареста Христа он по малодушию трижды отрекся с клятвою от своего Учителя. Но лишь только Спаситель в эти минуты кротко взглянул на него, Петр понял всю тяжесть им совершенного и в сокрушении горько заплакал. Искреннее раскаяние его было принято Господом, и вот, явившись в день Своего воскресения Марии Магдалине и другим мироносицам, Он повелел им: “Идите и скажите ученикам и Петру…”

Вскоре Христос вновь утвердил Петра в апостольском звании, троекратно повторив: “Паси овец Моих”. И Петр стал одним из самых смелых проповедников Евангелия. Уже в день Пятидесятницы он обратил в Христову веру сначала 5000, а потом еще 3000 человек. Апостол Петр прославился многими исцелениями, а в Иоппии воскресил из мертвых Тавифу, бестрепетно свидетельствовал о Христе перед начальниками иудейскими и судом синедриона, был дважды заточен в темницы, обрекался на смерть, но после чудесных освобождений ангелом не оставлял своего проповеднического подвига. Он побывал в разных странах Востока и Запада и, наконец, мученически скончался в Риме около 57 г. Приговоренный к кресту, он попросил распять его вниз головой, считая себя недостойным умереть, как Господь.

Святой Первоверховный Апостол Павел до принятия христианства носил имя Савл, что значит “выпрошенный”, “вымоленный”, и только спустя некоторое время после обращения ко Христу стал называться Павлом. Он был родом из Тарса, жители которого пользовались правами римских граждан. Воспитывался при Гамалииле, известнейшем иудейском законоучителе того времени. Савл вырос неистовым защитником отечественного закона и отеческих преданий. Евангельская проповедь апостолов вызвала его горячее негодование, и он стал одним из главных их гонителей. Он даже отправился в Дамаск, в котором скрылись от иудеев многие из учеников Христовых, с тем чтобы привести их в оковах в Иерусалим. Но вот на пути его поразил чудесный свет с неба, столь яркий и сильный, что он лишился зрения. В то же самое время Господь Иисус Христос открылся ему, как то самое лицо, которое он гонит. С этого времени Павел сделался новым человеком и получил из уст самого Господа с Неба высокое назначение в звание апостола язычников. Вскоре последовало чудесное возвращение зрения и крещение Павла, и вот мы видим его ревностно проповедующим ту самую Христианскую веру, которую он первоначально гнал с такою жестокостью. Этой великой единой цели он посвятил теперь всю свою жизнь. Чудеса, им совершенные, церкви, им основанные, речи им произнесенные, послания, им написанные, громадный, необыкновенный успех его апостольских путешествий, видения и откровения, которых он удостаивался от Бога, узы и страдания, которые он претерпел за Христа, и, наконец, действительное засвидетельствование своей веры мученическою кончиною (как полагают, в Риме в 64 или 67 г.) - все это несомненно доставило ему право на высокое звание Первоверховного апостола, а 14 посланий апостола Павла чтутся Церковью как источник истинного христианского учения.

Апостол Павел, как и апостол Петр, много потрудился в распространении Христовой веры и справедливо почитается вместе с ним «столпом» Церкви Христовой и Первоверховным апостолом. Они оба мученически скончались в Риме при императоре Нероне, и их память празднуется в один день.